Обращение по поводу древних храмов - Всеказачий Общественный Центр
Перейти к содержанию

ОБРАЩЕНИЕ К КАЗАКАМ ЧЛЕНА КОНГРЕССА КАРАЧАЕВСКОГО НАРОДА КЕМАЛА БАТДЫЕВА ПО ПОВОДУ ДРЕВНИХ ХРАМОВ

Screenshot

На фото: раннехристианский аланский храм в Нижнем Архызе, но крыши – не воссозданные реставраторами по древним образцам, а из современного профнастила.

Всем здоровья и благополучия, казаки!

Хочу обратиться к вам относительно древних аланских храмов, вокруг которых сейчас идёт бурное обсуждение. К развёртыванию подобного рода обсуждений (с привлечением масс-медиа) мы отношения абсолютно не имеем, потому как не имеем для этого административных ресурсов. Надо признать, что уже на протяжении длительного времени, буквально каждый день, открыто и анонимно публикуются провокационные статьи против нас с одиозными обвинениями.

В целях глубокого и всестороннего понимания данного вопроса, необходим краткий исторический экскурс: аланские храмы на территории Карачаево-Черкесской Республики (КЧР) – это древние христианские храмы 9-10 веков, которые в настоящее время являются объектами культурного наследия федерального значения. Прямо в этих храмах были захоронены наши предки – первые аланские христиане. Храмы эти были для нас всегда неприкосновенны и мы их хранили 1000 лет, до 1830 года, когда во время Русско-Кавказской войны мы были вынуждены покинуть эти места – историческую родину наших предков.

Храмы были заняты Русской Церковью, вследствие чего из 14 Нижне-архызских древних храмов 11 были разрушены, а из добытого из них строительного материала были возведены кельи и хозяйственные постройки Русской Церкви. Рядом с уникальной (на тот период в мире) обсерваторией был «Календарь» – каменный круг диаметром в 82 метра, который также превратили в загон для свиней. Несмотря на это, людям верующим свойственно понимать друг друга:

"По пути мы остановились в удивительном женском Сентинском монастыре, среди мусульманского мира (в ауле карачаев – Сента, на реке. Теберда). Мать-игуменья (к моему стыду я забыл её достойное имя) была истая героиня по всей своей жизни, а здесь давно уже прославилась своей добротой, деловитостью и человечностью ко всем людям. Она прожила спокойно много лет в самых дружеских отношениях с окружавшими её карачаями-мусульманами, которые благоговейно почитали её и с благодарностью и уважением пользовались её советами, медициной, помощью и благотворительностью, так как. она помогала всем, чем могла, и от неё никогда не было отказа в каком-либо содействии соседкам-мусульманкам.

Благодушные по натуре, карачаи отвечали ей таким же вниманием и расположением и никому не позволяли вредить или обижать свою любимую соседку и её монастырское хозяйство, которое они посильно поддерживали, глубоко чтя религиозные особенности этого, священного и для них, мусульман, обиталища слабых, беззащитных женщин, служивших по-своему общему Богу.

Когда здесь появились первые большевистские комиссары, они сразу ворвались вооружённые, в шапках и с папиросами в зубах, в храм во время богослужения и грозно требовали "старшую". Мать-игуменья стояла перед алтарём на коленях и, не обращая внимания на шум и грубости ворвавшихся хамов, вся ушла в молитву. Поражённые её бесстрашием и невозмутимостью, опешившие бандиты поснимали шапки и терпеливо стояли в ожидании…

Окончив молиться, игуменья не спеша поднялась с колен и, обернувшись к пришельцам, ласково и спокойно сказала: "Вы, бедняжки, с дороги, наверное, устали и голодны, милости прошу вас в нашу трапезную – передохнуть и откушать с нами, что Бог послал…" Растерявшиеся комиссары приняли приглашение, сконфуженно поели постное угощение монашек и, в полном порядке, прилично поблагодарили игуменью за приём и даже справились, не обижают ли их соседи-карачаи, после чего мирно удалились из монастыря, который только что готовились погромить.

Огромная толпа карачаев, взволнованных их появлением, собралась на площади аула и решительно заявила уезжавшим большевикам, чтобы они не смели обижать монахинь, на защиту которых они все готовы вступиться, если понадобится…

И монастырь ещё долго продержался неприкосновенным благодаря святому геройству игуменьи и благородному человеколюбию простых горных пастухов-рыцарей" (Лев Марков, журнал "Часовой", Брюссель, 1954-1955 гг.). Вы понимаете, что шли карачаевцы-мусульмане против советской власти, пытаясь защитить христианских монахинь?

Другой случай. Советский народный комиссар Баталпашинска Черёмухин пришёл собрать отряд добровольцев из Карачая, чтобы полностью расправиться с казачьей станицей Кардоникской и осетинским селом Нахаловка. Карачаевцам за погром этих селений обещано было отдать все тамошние земли и имущество. Оба поселения решено было наказать за поддержку восстания Фостикова. Но в ответ карачаевцы разгромили сам отряд Черёмухина в 150 человек. Тем самым обрекая себя на немилость новой власти. Дружественные отношения с соседями были важнее для карачаевцев, чем милость новой власти.

Я поделился со сложившейся ситуацией вокруг древних аланских храмов со своим другом и, если уместно так сказать, старшим братом Валерием Швейделем, которого я хорошо знаю и безмерно уважаю, как и других казаков Всеказачьего Общественного Центра. Казаков, которых я воспринимаю как народ самостоятельный, со своим языком, культурным укладом и великой историей. Такой же народ, подвергшийся геноциду, как и мой родной карачаевский народ.

Мне не понравились комментарии в интернете некоторых пользователей под его постом, в котором он пытался всесторонне осветить ситуацию. Отвечать там не могу, возможно, по техническим причинам, так что отвечу здесь.

Он, Валерий Швейдель, – прав на 100%.

Конгресс Карачаевского Народа, в полном соответствии с действующим в РФ законодательством, отстаивает сохранность древних аланских храмов, так как они являются памятниками культурного наследия не только карачаево-балкарского народа, но и всей страны и даже мира. Конгресс Карачаевского Народа выступает категорически против того, чтобы эти храмы утратили свой правовой статус (на балансе государства) и передавались коммерческим организациям, созданным на коленке неизвестно для каких целей. Сейчас, пользуясь преступной безвольностью руководства КЧР, эти храмы на грани исчезновения. Объясняю почему.

Как я написал выше, эти храмы мы берегли 1000 лет, пока первые представители Православной Церкви не разрушили бо́льшую часть из них. С другой стороны, претендентами на храмы объявили себя и осетины.

И тут началось откровенное хитрожопие, прошу прощения за словечко. На храме на "Чуу-ана", пользуясь моментом, соскоблили фрески и побелили, чтобы не оставалось даже следов от раннего аланского христианства. Представители местной осетинской общины, которые являются последователями языческого осетинского верования, на территории храма соорудили памятник своему языческому божеству – «Уастырджи».

А Московский патриархат РПЦ увешал храмы иконами и ящиком для сбора денег. Надо сказать, храм находится высоко на священной горе Чуу-ана в безлюдном месте. Осетины, чтобы как-то отпихнуть локтями конкурентов из МП РПЦ, построили дорожку и смотровую площадку на горе с грубым нарушением первозданного вида. Периодически развешивают флаг Республики Северная Осетия, не имея на эти действия разрешения у соответствующих структур и органов местного самоуправления. И эти действия, по сути, являются провокационными и ведущими к дестабилизации межнациональных отношений на уровне двух субъектов РФ. Московская патриархия РПЦ выкинула аланский раннехристианский крест, бывший на храме и взамен установила современный православный. Где сейчас находится древний христианский крест – мы не знаем, что является беспрецедентным уроном в деле сохранности культурного наследия КЧР.

Из уважения к благонравной личности архиепископа Гедеона, ранее было разрешено молиться в одном из древних аланских храмов Архыза, но сейчас же там разбили базарчик, построили у дороги церковь и, пусть не покажется вам это богохульством, устроили аттракцион "Лик Христа", где этот новодел недавнего времени преподносится людям как изображение 1100-летней давности. Один из древних храмов на Архызе – "Южный храм" – из-за действий представителей МП РПЦ полностью утратил свой древний аутентичный облик. Нет больше этого храма 1100-летней давности. Нет. И это произошло за последние 10-20 лет. В храм провели электричество, положили современный пол, покрыли жестяной крышей из профнастила, пристроили крыльцо, провели отопление. И всё! Нет больше древнего храма. Как его восстанавливать и кто на это решится – сложно сказать даже специалистам. А теперь МП РПЦ требует отдать ей и все остальные раннехристианские храмы.

Казаки, разве мы неправильно поступаем, когда противимся разрушению древних храмов?

Мы приглашали архиепископа Пятигорского и Черкесского Феофилакта на диалог. Он отказался. Предпочёл давить на главу КЧР с целью овладеть храмами и 100 гектарами земли вокруг них. Но ведь там вокруг – могилы карачаевцев и их предков-алан! Могилы карачаевцев – как христиан, так и мусульман. Туда в храмы ходят на экскурсии наши дети – школьники. Эти храмы – архитектурный памятник всероссийского и мирового значения, в конце концов!

Поэтому, прошу вас, друзья казаки, помочь разобраться с этими храмами. Подойдите к этим древним храмам так, как будто они ваши – родные. Что, вы бы хотели, чтобы оставшиеся храмы постигла участь других?! То есть – их полное уничтожение или полная переделка в современную церковь МП РПЦ. Одна такая церковь, как горький пример и назидание, находится в казачьей станице Зеленчукской. Стоит на развалинах аланского храма. Но туда никто не ходит и не относится к ней, как к старинному храму.

член Конгресса Карачаевского Народа Кемал Батдыев